Аме 2.0
Listen to your heart, listen to the rain, listen to the voices in your brain.
Для [L]Road Camelott[/L]. Айзен\фем!Ичиго. фраза: "Ты отказала мне два раза, не хочу, сказала ты. Вот такая вот зараза девушка моей мечты".
- Я наблюдал за тобой с самого рождения!
- Вуайерист!!! Извращенец!!!
- Все, что я делал, было только попыткой обратить на себя твое внимание. Помнишь, там, на холме Сокиоку… Я думал, если я буду выглядеть круто, ты захочешь со мной встречаться. Я даже имидж сменил! На ботаников в очках никто не смотрит. Я знаю, что Исида Урью жаловался, что ты не замечала его, пока он не предпринял решительных действий. Я учел это.
- Позвольте… - попытался вмешаться Исида. Владыка нетерпеливо отмахнулся – слишком долго он ждал этого момента, чтобы дать отвлечь себя.
- Я позволил Тоуссену отрубить руку Гриммджо, потому что он посмел порезать твое кимоно так, что твоя…
- Заткнись! – Ичиго вспыхнула до корней волос, Секста на заднем плане беззвучно ухмыльнулся.
- Кхм, - Владыка откашлялся. – Иноуе Орихиме я похитил лишь потому, что иначе ты бы ни за что не согласилась посетить мой дворец, а я так хотел показать его тебе. Нравится?
Ичиго презрительно фыркнула.
- Так вот… Куросаки Ичиго, я люблю тебя, и хочу, чтобы ты стала моей женой! Каков будет твой ответ, дорогая? – Айзен улыбнулся, вставая с трона и эффектно протягивая девушке руку.
Ичиго оглянулась на друзей, недоуменно вздернув брови. Те ответили ей такими же непонимающими взглядами, Исида, вздохнув, покрутил пальцем у виска. Ичиго покивала с понимающим видом и повернулась к выжидающему Айзену.
- Мой ответ…
- Надеюсь, не «банкай», любимая?
- Нет, - Ичиго шагнула к Айзену. – С тебя хватит и этого…

Некоторое время спустя.
Айзен все еще валялся на полу в тронном зале. После того, как Ичиго удалилась с гордо поднятой головой, уводя с собой товарищей, арранкары потихоньку испарились из зала, делая вид, что "не были, не видели, не участвовали".
Отпечаток плетеной подошвы на лице Владыки и ладони, прикрывающие самое уязвимое для мужчины место, красноречиво намекали на произошедшее.
Айзен вымученно улыбался.
- Значит, твой ответ «нет»? Но я не сдаюсь. Посмотрим, как ты запоешь, когда я стану Королем…
А в голое у него крутились строчки непонятно где услышанной песни «Ты отказала мне два раза, «Не хочу», сказала ты. Вот такая вот зараза, девушка моей мечты».

Для Raona. СкуалоГок. Плыть на старой лодке через какую-нибудь глухомань.
"- А я люблю рыбалку. Жаль, нет удочки.
- Могу предложить динамит". Слегка йумар, легкий намек на что-то-типа-отношений.
Прим.: оба TYL.
Поначалу тишину нарушал только тихий плеск: Гокудера и Сквало дружно работали веслами.
- Сквало!
- Чего? – недовольно отозвался тот.
- Курить хочу, сил нет, - пожаловался Гокудера вполголоса, выпуская весла из рук.
- Ну, кури, - разрешил Сквало, тоже переставая грести. Гокудера рассеяно кивнул, хлопая себя по карманам. Сквало хмыкнул, глядя на него - в своем мафиозном черном костюмчике в лодке Хаято смотрелся довольно нелепо, но одеваться во что-то более практичное он отказался еще в самом начале.
С наслаждением затянувшись и отставив руку с сигаретой, Гокудера наклонился, чтобы поддернуть брюки. На дне посудины была вода вперемешку с песком – старая лодка слегка протекала. Вода хлюпала и в ботинках Гокудеры, да и брюки намокли. Сквало в его сапогах было куда как удобнее.
Снова повисла тишина. Лодка, покачиваясь, тихонько скользила по течению, сквозь предрассветный туман проглядывали смутные темные очертания берегов.
- А я люблю рыбалку, - на этот раз голос подал Сквало. – Жаль, нет удочки.
- Могу предложить динамит, - Гокудера стряхнул пепел за борт. Сквало, кажется, на секунду всерьез задумался над его предложением, но потом отрицательно мотнул головой.
- Конспирация.
- А жаль, - Гокудера выпустил дымное колечко, Сквало проследил за тем, как оно уплывает вверх, деформируясь и расплываясь. За бортом громко булькнуло, оба разом покосились туда.
- Может, съездим как-нибудь?
- Куда?
- На рыбалку, - Гокудера докурил и, затушив бычок о борт, уставился на Сквало. Вариец ухмыльнулся:
- Только если ты найдешь нормальные шмотки. И давай, греби уже, а то опоздаем к назначенному времени. Босс с меня шкуру спустит.
- Да гребу я, гребу.
Двое снова заработали веслами.

Для [L]Мать Забвения[/L]. Сквало/Гокудера: "И на черта нас сюда принесло?". Юмар.
Тайминг авторский - 2-3 TYL.
Гокудера дымил, как паровоз. Сквало, насмешливо заикнувшийся было о том, что "детям курить не следует", был в грубой форме далеко и витиевато послан. Хаято менялся разительно, когда поблизости не было его обожаемого Десятого и прочих вонголят. Наглый уличный пацан. Немножко он напоминал Занзаса в детстве, немножко – самого Сквало.
Сквало в ответ на посыл привычно рыкнул и поинтересовался:
- И на черта нас сюда принесло?
Гокудера моргнул, сигарета перекочевала из одного угла его рта в другой.
- Чтобы осмотреть местность.
- На колесе обозрения?! – Сквало едва сдержался от того, чтобы не упасть лицом в ладонь. Гокудера же мгновенно преобразился. До этого он сидел, развалясь и расставив ноги, а тут выпрямился, прямо как прилежный школьник, только что руки на коленях не сложил.
- Это была идея Джудайме! – на слове «Джудайме» его лицо стало особенно вдохновенным, а глаза - большими и восхищенными. Сквало подумал о том, был ли он хоть когда-нибудь похож на такого вот Гокудеру, когда смотрел на Занзаса? Понадеялся, что нет.
Действительно, Тсунаеши, подбадриваемый (точнее, принуждаемый) Реборном, раздал задания вонгольским и варийским хранителям. И кто просил Девятого дать им совместное задание «для упрочения связей»?
Гокудера, преобразившись в Правую руку Десятого босса Вонголы, так и не вышел из образа. Перегнувшись через бортик, он, козырьком приставив ко лбу руку, бдительно оглядывал окрестности с высоты их положения.
Сквало некоторое время наблюдал за маячившей перед ним пятой точкой. Потом незло, но очень по-акульи ухмыльнулся. Ему стало скучно, а Гокудера в своем рвении был так забавен, и задница у него ничего…
На одобрительное похлопывание по своей заднице, сопровожденное одобрительно-покровительственным «Так держать!» Гокудера отреагировал рефлекторно – ударом ноги назад и мгновенным поджиганием фитилей десятка шашек.
Сквало, уклонившись от пинка и узрев в руках развернувшегося хранителя Урагана динамит, запоздало подумал, что шутить с подрывником в кабинке колеса обозрения, на высоте черт знает скольких метров, было не лучшей идеей.
- Выбрасывай их отсюда, тыыыыы! – заорал он не своим голосом. Гокудера, до которого дошло, что врага нет, а пострадают только он, Сквало, и заодно невинные люди, послушно швырнул динамит подальше и повыше.

Когда где-то в небе грохнуло, Цуна по привычке втянул голову в плечи. Кажется, его план сработал.
Каким бы Цуна не был дураком, обучение Реборна давало свои плоды. Отправить тех двоих вместе означало, во-первых, удалить парочку самых шумных и привлекающих внимание членов Варии и Вонголы, что давало шанс на скрытность и внезапность их действий.
Во-вторых, как Цуна и думал, будучи вместе, они не могли не выкинуть подобный фокус, ставший отличным отвлекающим маневром.
Правда, в следующий раз он, наверное, попросит о подобной услуге мастерицу иллюзий Хром.
Все безопаснее.

Для Sabaku no Shukaku. Бьякуя/Ичиго|Хичиго, стеб, фраза пустого "Не понимаю, почему этот чувак то хочет убить нас, то пытается подарить цветы. Определился бы уже".
- Кажется, оторвались… - запыхавшийся Ичиго пытался отдышаться, прижав ладонь к груди и посекундно оглядываясь. Шунпо наперегонки с Бьякуей – это вам не пробежка для разминки.
- Не понимаю, почему этот чувак то хочет убить нас, то пытается подарить цветы. Определился бы уже, - проскрежетал голос пустого в рыжей голове.
- По мне, так без разницы – я едва инфаркт не схватил, когда он сунул мне под нос букет красных роз. Красных*, - Ичиго хорошенько приложился лбом о беленую стену сейрейтеского проулка.
- А потом были желтые хризантемы*… - Хичиго хихикнул.
- Не напоминай…
- Интересно, что он придумает в следующий раз? – подколол Хичиго. Хотя, когда сегодня Бьякуя неслышно подошел к Ичиго со спины и кашлянул, решение линять было принято единогласно. Хотя пустой, в отличие от Ичиго, Бьякуи не боялся, просто не собирался отдавать ему своего шинигами. Впрочем, Ичиго он об этом не распространялся.
- Мне-то откуда знать, что придет ему на ум, - Ичиго даже потряс головой, отгоняя страшные видения. Зря – так он совсем потерял бдительность, и не услышал скороговорки заклинания бакудо позади себя. Только всплеск рейацу почувствовал и успел обернуться. В итоге связанным упал на землю не носом вниз, а спиной.
- О-ё-ёй, - затылку было больно, перед глазами плавали разноцветные круги. Когда зрение прояснилось, Ичиго настороженно зыркнул на возвышавшегося над ним Бьякую.
- Ты видишь то же, что и я? – обреченно спросил пустого Куросаки, очень надеясь на отрицательный ответ.
- Тэк-с, что-о у нас там? – протянул пустой. На несколько секунд левый глаз Ичиго сменил окраску на черно-желтую.
- Гроздь бананов*. И пэшн-фрут*, - доложил Хичиго, похабно поцокав языком. - Ну что, думаю, он наконец определился окончательно. Хорошая новость - убивать тебя не будут...
- О-ё-ёй, - повторил Ичиго, и, подумав, добавил: - Мамочка…

*Красная роза – «Жажду тебя больше всего»
*Желтая хризантема – «Я предлагаю тебе свою руку и сердце»
*Банан - намекает на мужское достоинство дарителя или одаряемого
*Пэшн-фрут (“плод страсти”) – предложение провести страстный и величественный секс


Для [L]Нярон[/L]. Дарк!Ичиго, помешанность на числах.
Дарк и десфик (смерть персонажей за кадром).
Возвращение.
Цепочка причин и следствий. Изменения.
К начальной точке.
Возвращение.

В психиатрической клинике иногда случаются посетители: родственники больных, студенты-практиканты, коллеги из других аналогичных учреждений, прослышавшие об интересных случаях…
- Хм, а с этим молодым человеком что?
- Навязчивые бредовые идеи. Постоянно утверждает, что должен что-то исправить, но не получается. На добровольном лечении.
- А что он пишет?
- Числа. В основном – тридцать два, редко что-то другое…
Врачи негромко обсуждают его случай, потом уходят дальше.

Ичиго, не поднимая головы, продолжает заполнять листок в клетку ровными столбиками цифр.
32
32
32
32
Каждый раз он занимается этим, бессмысленным, по сути, делом.
На который раз он сорвался?
Ручка выводит на листке вместо тройки пятерку. Ну да, на пятый. Не выдержал.
Лучше не думать. Столбик продолжается, вытягиваясь сороконожкой по листу.
А когда он начал это? Записывать, потому что сбился со счета?
Пятнадцать.
32
32
32
Конечно, нет разницы, будет он помнить число попыток или нет. Но он уже не может остановиться.
Снова, снова и снова…
Возвращение.
Искажение.

Ичиго понятия не имеет, почему это происходит. Единственное, в чем он уверен – это связано с Хогиоку. Исполнение желаний, да?
Кто из них захотел, чтобы все закончилось по-другому? Ичиго? Айзен?
История будет повторяться, пока загадавший желание не будет удовлетворен.
Иногда все повторяется с момента появления Рукии.
Иногда – с вознесения Айзена на холме Соукиоку.
Иногда – после похищения Орихиме.
Точки, временные точки, складывающиеся в непрерывную линию. Ичиго пытается что-то менять, и линия разветвляется.
И казнят Рукию.
Или Орихиме умирает от руки Улькиорры.
Или он в форме холлоу убивает Исиду.
Но снова и снова все сводится к финальной схватке с Айзеном. Но как бы она ни заканчивалась, ему опять приходится возвращаться.
На пятый раз у Ичиго случился нервный срыв. Он сам попросил отца отправить его в психушку. Кажется, тогда он не смог спасти Тацки, Мизуиро и Кейго.
Почему он даже не может никому рассказать?
32
32
32
32
Ичиго не буйный, но весь медперсонал больницы предпочитает избегать встречаться с ним взглядами. Слишком пугающи его глаза.
Сколько дней передышки Хогиоку даст ему на этот раз?

Возвращение.

- Хм, а что с этим молодым человеком?
- Навязчивые бредовые идеи. Постоянно утверждает, что должен что-то исправить, но не получается. Ему кажется, что некоторые события из его жизни повторяются снова и снова. На добровольном лечении.
- А что он пишет?
- Числа. Чаще всего повторяется сто пять.

Ичиго пишет, пишет, пишет, глядя перед собой пустым блуждающим взглядом. Он улыбается.
Столбик завершается, ручка зависает над бумагой. Улыбка Ичиго становится шире.
На этот раз он сам всех убил. Он освобожден, значит ли это, что его желание исполнено?
Теперь все должно закончиться, верно?
Ичиго ставит точку.
Завершение.

Для Ichigo K.. Хичиго/Ичиго, "Освободи меня, Король".
Пейринг слабый и Хичиго почти нет.
Весь его внутренний мир заледенел. Никогда раньше здесь не было так пустынно и холодно.
Даже небо – ясное, но белое, и в нем нет солнца.
Небоскребы – цельные куски непрозрачного льда, айсберги, сохранившие лишь едва заметный оттенок голубизны. Окна – тоже лед, тонкие корочки, намерзшие над черными полыньями. Все здания наполнены водой, Ичиго знал об этом, стоя на окне, и глядя вниз, на расползающуюся под ногой извилистую нить трещины. Он шагнул в сторону, на скользкую гладкую стену, блестящую в слабых лучах невидимого солнца.
Все его отчаянье, океан, в котором он мог бы утонуть, заперт в этих льдах.
Стоя посреди зимнего пейзажа в одной лишь тонкой футболке, домашних штанах и тапках на босу ногу, Ичиго должен бы трястись от холода, но ничего такого не происходит. Он потерял чувствительность, долгое время отрекаясь от этого мира. Бесполезного, когда в нем нет Зангецу.
Только на секунду он закрывает глаза и погружается в себя, свои воспоминания. Шум в ушах от давящей на барабанные перепонки воды, сумрак, подсвечиваемый откуда-то сбоку, цепочки серебристых пузырьков, вырывающихся из его рта, хоть он и не дышит. И печальные глаза его занпакто.
Ичиго дернулся, приходя в себя, и понял, что каким-то образом успел осесть, опершись рукой о лед, а тот слегка подтаял от тепла ладони. Но изморозь быстро схватывала натекшую воду. Ичиго, чувствуя неладное, быстро отдернул ладонь.
Боль.
Короткая вспышка, тут же угасшая.
Посмотрел на свои пальцы – указательный и безымянный успели примерзнуть ко льду, кожа на подушечках содрана.
На лед упало несколько красных капель, и все. Кровь не потечет в такой холод.
Но его кровь топила лед. Ичиго видел, как она проделывает в нем червоточины, уходя все ниже. Наверное, она пробьет корку насквозь и раствориться в воде.
Ичиго встал, собираясь покинуть это место. Но… будто кто-то беззвучно позвал его, и словно толкнуло в спину. Ичиго беспокойно огляделся. Кто мог здесь быть? Никого. Но… Ичиго заметил кое-что краем глаза. На тонком льду окна, под которым покоились черные воды, того самого окна, на котором он стоял. Ичиго вернулся к нему и присмотрелся.
Отпечаток ладони. С той стороны. Чей?
Ичиго знал ответ. Он мог принадлежать только одному существу - пустому.
Снова беззвучные слова, точнее, чувства, яростные, похожие на сумбурную неоформленную мысль.
«Освободи меня, Король». Ичиго воспринял ее так.
Ичиго застыл, глядя на полупрозрачную поверхность ледяного стекла. Он отражался там, и его волосы, успевшие покрыться инеем и побелевшие, напоминали волосы его холлоу.
Освободить его? Ичиго задумался об этом, против своей воли. Чтобы освободить пустого, ему придется растопить весь лед. Ичиго представил тающие и оседающие небоскребы, воду, олицетворяющую его отчаяние, вытекающую из разломов и снова заполняющую его мир.
Очередное разрушение, или же возрождение?
Ичиго тряхнул головой и огляделся. Внезапно ему стало холодно. А как бы здесь чувствовал себя пустой? Белый и бледный, он бы затерялся в этом зимнем мире.
А раньше… выделяющийся и вызывающий, он все же всегда был так уместен на фоне синих зданий, как были уместны облака, ползущие вверх или вниз по голубому небосклону мира Ичиго.
Ичиго опустился на одно колено и прижал ладонь к стеклу точно напротив отпечатка. Он вгляделся, ища свое отражение, и наконец увидел его. Отражение было мутным, но Ичиго показалось, что он видит глаза, похожие на тлеющие желтым угли. Он наклонился ниже и различил синеватые от холода губы. Почти не думая, он нагнулся, прикрыв глаза, чтобы согреть их своими губами. Его чувствительность по-прежнему была слабой, но он был уверен, что коснулся совсем не льда или стекла.
«Освободи меня, Король».
«Хорошо».
Под его ладонью лед плавился, трещина, оставленная им, разошлась, и из нее выступила вода.

Для Linoha. Ичиго решает переехать.
- Братик, не забывай хорошо кушать! – Юзу едва сдерживала слезы. Вот-вот захлюпает носом и начнет тереть глаза кулачками.
- Обязательно. Юзу, ну что ты так переживаешь? – Ичиго вздохнул. С переездом оказалось больше проблем, чем он думал. На первом этаже царил натуральный бардак: повсюду громоздились коробки и коробищи. Ичиго не подозревал, что его имущество, умещающееся в одной комнате, в упакованном виде займет столько места.
- Ты!.. Ты такой бесчувственный! – Юзу порывисто взмахнула руками, и уперла их в бока. – Мы же теперь будем меньше видеться! Ты и так отдалился в последнее время, и теперь ты совсем, совсем забудешь про нас!
Юзу, развернувшись так стремительно, что ее юбка взметнулась, побежала прочь, затянув громкое плаксивое «Уууууу!».
- О, Масааааки! – подхватил эстафету Ишшин, прижавшись к портрету жены так, будто хотел слиться с ним воедино навеки. – Наш сынок начинает самостоятельную жизнь! Как же он теперь, без отцовской поддержки и добрых слов? Кто прижмет его к широкой груди и утешит в трудную минуту? Кто?..
- Может, хватит уже?! – вспылил Ичиго. – Да что с вами обоими? Я же уезжаю не в другой город! Я всего-то переезжаю в отдельную квартиру. Это даже недалеко от нашего дома!!!
- И правда, кончай истерику, бородач, - Карин, прислонившись к косяку в кухонном проеме, следила за представлением с философским спокойствием. В руках она держала высокий стакан с соком и неторопливо потягивала его через соломинку.
Ишшин притих. Понизив голос, он продолжал жаловаться Масаки, может быть, уже на Карин.
- Держись, братец, недолго осталось, - подойдя к Ичиго, Карин похлопала его по плечу.
- Хоть один нормальный человек в доме, - проворчал Ичиго. Карин хмыкнула.
- Кстати, хочешь совет? – Карин поболтала соломинкой в стакане. – Отцу запасного комплекта ключей не давай. Представь, что будет, если ты приведешь кого-нибудь, а папаша заявится в самый неподходящий момент?
- !!! – Ичиго подавился воздухом.
- А что, ты разве не поэтому переезжаешь? – невинно удивилась Карин, глядя на возмущенно пыхтящего братишку, пытающегося что-то сказать. – Ну, извини…
Она допила сок и удалилась на кухню, оставив Ичиго хлопать глазами в коридоре.
Тот думал о том, что идея о переезде все-таки была отличной.
Нет, он, конечно, любит свою семью… но в некотором отдалении будет любить еще больше.

Для Sabaku no Shukaku. Аллен/Канда "Этот чертов голем весь в хозяина".
Наблюдая за Алленом и Тимканпи, Канда находил все больше сходства между этими двумя.
Аллен ел – и Тимканпи с ним вместе, хотя големам есть вообще не полагается. И оба умудрялись поглощать пищу в объемах, явно превышающих их собственные размеры.
Аллен улыбался – и Тимканпи выглядел весьма довольным жизнью. Кружил над головой мелкого, совершая в воздухе танцевальные пируэты.
Вялый Тимканпи, повесивший крылья, означал, что Уолкер не в настроении.
При очередной стычке Аллена и Канды Тимканпи норовил протаранить голем Канды, а если Канда был без голема, то возмущенно вился над спорящими до хрипоты экзорцистами, оказывая мелкому моральную поддержку.
От Мугена они удирали так дружно, что любо-дорого посмотреть: проворный Аллен и бешено работающий крыльями Тимканпи спасались от Канды со всей возможной скоростью.
Еще оба любили поспать, устроившись как можно уютнее. Разве что, если Аллен для этого пристраивался под боком у Канды, стараясь прижаться поближе, то Тимканпи выбирал хозяина, предпочитая местечко на подушке у щеки Аллена.
Канду слегка злило то, что Тимканпи делит с ними постель, но он ни за что бы не признался, что ревнует к какому-то там голему. И готов был терпеть Тима, раз уж мелкий так к нему привязан.
Тимканпи (хотя об этом никто не догадывался), чувствовал примерно то же самое. Ревновал хозяина к Канде, но раз уж хозяину дорог этот хвостатый… Тимканпи, так и быть, потерпит его рядом.
А Канда иногда высказывался в духе «Этот чертов голем весь в хозяина», и не подозревая, что у них с Тимом тоже есть кое-что общее.

Для kora1975 "Какаши, Наруто. "Вся эта ложь".
- Какаши-сенсей…
Какаши хотел бы сделать вид, что не слышит. Потому что догадывается, о чем сейчас спросит Наруто.
Наруто необыкновенно тих. Это состояние задумчивости хорошо знакомо Какаши – оно означает, что Наруто что-то сосредоточенно обдумывает, что-то важное, задевшее его. Ему не хватает знания. Или понимания. Поэтому он спрашивает, спрашивает у того, кому доверяет, кого уважает, в ком уверен.
- Зачем… Зачем вся эта ложь? – ну вот, вопрос задан, и Наруто пытливо смотри на сенсея своими ясными глазами. Он не знает, что иногда такой взгляд перенести сложнее, чем гневный и полный злобы, чем презрительный или равнодушный.
Какаши знает, что рассказал Мадара об Учиха Итачи и о ситуации с кланом Учиха в целом. Он не уверен, касается ли вопрос Наруто именно этой ситуации или это вопрос об укладе жизни ниндзя вообще. Не так уж важно, причины для общего и частного одни.
Какаши мог бы рассказать Наруто о политике, следуя которой, жертвуют одними ради других, о том, почему правду о некоторых событиях скрывают, о том, что это давняя практика, и принята повсеместно…
Но Наруто не поймет такого ответа. Точнее, даже если поймет, он его не примет. Он скажет «но это неправильно».
Может быть, Наруто даже предполагает такой ответ и хочет другого, но Какаши не способен его дать. Он не хочет читать Наруто бессмысленных лекций.
- Сначала люди лгут себе, а потом другим.
Наруто недоуменно моргает, его взгляд плывет в сторону – он пытается понять.
Это не бог весть какая мудрость, не глубокая мысль, но Какаши уверен, что Наруто воспримет все так, как он предполагает. Наруто пообещает себе быть честным с собой.
Это лучший ответ, который Какаши может ему дать.

@темы: Аллен, Айзен, D.Gray-man, Наруто, Канда, Какаши, Ишшин, Ичиго/Хичиго, Ичиго, Гокудера, Бьякуя/Ичиго, Бьякуя, Блич, Цуна, Хичиго, Сквало/Гокудера, Сквало, Репорно, слэш, преслэш, драббл, джен, юмор, юллен, фанфик, стёб